Любимица Москвы

Про нее почти ничего не известно. По крайней мере, советская власть постаралась, чтобы вся жизнь прекрасной москвички была похоронена в секретных архивах на веки вечные. И лишь недавно стали по крупицам восстанавливаться фрагменты ее удивительной судьбы. Судьбы европейской красавицы принцессы, ставшей православной святой, чью икону преподнес в           2003 году Первоиерарх РПЦЗ Митрополит Лавр Владимиру Путину, пожелав, чтобы икона с частицей мощей святой хранила президента России.
18 июля церковь чтит память преподобномученицы Елисаветы. Патриарх Московский и Всея Руси Алексий Второй писал: «Преподобномученица Елисавета в своей жизни смогла соединить воедино святость благоверной княгини, преподобной праведницы и мученицы за Христа и оставила нам пример жизни по Евангелию…»
17 февраля этого года мэр Москвы впервые посетил Марфо-Мариинскую обитель, построенную Елизаветой Федоровной. Юрий Лужков заметил, что возрождение обители –  долг россиян перед историей. Он подчеркнул: «Мы можем и должны попросить прощения у прошлого». Но чтобы попросить прощения, надо вспомнить, что же произошло.
А сегодня еще немало страниц биографии княгини Московской предстоит восстановить.
Попробуем сделать это и мы.

ПРИНЦЕССА ДАРМШТАДСКАЯ
Ее звали Эллой, вторую дочь в семье Великого принца Гессен-Дармштадского Людвига  Четвертого. Ее бабушка, знаменитая английская королева Виктория, верила, что  ее любимицу ждет необычная судьба. Девочка была необычайно красива и безмерно талантлива. При этом кроткий, ангельский характер маленькой принцессы сделал ее фавориткой во всех королевских семьях Европы. Эллу отличали набожность и талант прирожденной рисовальщицы. Всю жизнь принцесса Алиса с дочерьми посещала приюты и помогала обездоленным. Милосердие и глубокое сострадание к бедствующим, обездоленным, чистую веру передала мама своей любимице Элле. Мама Эллы – прицесса  Алиса – умерла, когда девочке исполнилось двенадцать лет.  Среди пятерых оставшихся сиротами детей была и сестра Эллы Аликс, будущая  российская императрица Александра Федоровна. Девятнадцатилетнюю красавицу Эллу выдали замуж за Великого Князя Сергея Александровича. Вся семья прибыла на венчание своей любимицы Эллы в Санкт-Петербург. Теперь немецкую принцессу звали Елизаветой. Великая Княгиня усиленно занималась изучением русского языка, истории России и православия. 
А в октябре 1888 года блистательная чета молодых супругов отправилась паломниками на  Святую Землю. Княгиня скажет: «Как бы я хотела быть похороненной здесь». Спустя жуткие годы войн, революций ее прах упокоится именно здесь. В Иерусалиме Елизавета Федоровна твердо решила перейти в православие, несмотря на переживания отца. И 12 апреля, в Лазареву субботу, ее крестили. Она пишет отцу честное письмо: «Я перехожу из чистого убеждения, чувствую, что это самая высокая религия и что я делаю это с верой, глубоким убеждением и уверенностью, что на это есть Божье благословение».
Отец согласился  с выбором дочери. Теперь ее святой становилась мать Иоанна Предтечи – святая праведная Елизавета. А император Александр Третий благословил свою любимую невестку драгоценной реликвией – иконой Спаса Нерукотворного, с которой она не расставалась даже во время своей мученической кончины.
При этом она не отходит от светской жизни, блистает на светских раутах, ее многочисленные поклонники мечтают прикоснуться к руке красавицы княгини. Вся Европа завидует русскому князю Сергею Александровичу, получившему в жены самую прекрасную из принцесс. Боготворят княгиню и художники. Глава Академии художеств Михаил Петрович Боткин становится учителем Великой Княгини. Профессиональный художник, блестящий педагог, он потрясен ее живописными данными и талантом работать в любой из живописных манер – от набросков в модном тогда импрессионизме до абсолютно реалистичных портретов. Увлекается Елизавета Федоровна и новомодным Альфонсом Мухой, изучает и английских прерафаэлитов. Боткин знает, что все члены императорской семьи прошли уроки рисования. Но великий талант настоящей художницы раскрылся только у Елизаветы Федоровны. Очень жаль, что бурная история двадцатого века почти не сохранила ее картин. Одну мы впервые публикуем сегодня. Еще один рисунок хранится в  Госархиве России. Есть предположение, что несколько набросков царской семьи работы Елизаветы Федоровны хранятся в частных коллекциях.

ЛЮБИМИЦА МОСКВЫ
После перехода в православие Елизавета начинает изучать историю православия. А в 1903 году уезжает в Саров на прославление Серафима Саровского. Но большая часть ее помыслов связана с Белокаменной. Ведь ее супруг – генерал-губернатор Москвы. 
О том, что москвичи обожали свою «губернаторшу», говорит тот факт, что самым важным событием в году был Предводительский бал, открываемый Елизаветой Федоровной. Получить на него билет было сродни пропуску в самое высшее общество. Ведь приглашение получали только родовые аристократы и знаменитые деятели культуры.
В Благородном собрании (ныне Колонный зал Дома союзов) специально к этому дню по приказу Елизаветы Федоровны украшали все помещения на манер тропических садов: сотни тысяч роз из Ниццы, орхидеи, лавровые деревья и пальмы водружались в залах. Специальные севрские сервизы и роскошные ковры выставлялись специально для этого бала. Буфеты украшали ледяные башни с подсветкой, среди драгоценных сервизов тончайшей работы стояли редчайшие растения со всех концов света, и сновала прислуга с целыми тележками цветов из Франции. На специальном помосте чета Великих Князей восседала на роскошной золоченой мебели. Осталась запись в газетах тех времен: так в 1900 году вместе
с августейшей четой бал открывали гости
из Европы – принц Гогенлоэ-Лангенбургский и принцесса Александра. Елизавете Федоровне губернский предводитель дворянства преподносит букет из свежайших ландышей, сирени и орхидей (и это в лютый мороз в январе!). Газета приводит и меню для Елизаветы Федоровны: консоме империаль. Пирожки буше а-ля рен, риссоли Долгоруковские, пай, гренки. Филе из лосося в соусе ремуляд. Жаркое из цыплят, рябчиков, куропаток. Буше паризьен. Репортер подытоживает: «Их Императорские Высочества оставили бал, очаровав гостей своим милостивым вниманием».
…Но больше всего Елизавета любила Татьянин день. Московские студенты так боготворили свою княгиню, что появилась примета – кто оторвет от букета Елизаветы Федоровны хоть часть цветка, сдаст сессию на хорошие отметки. Поэтому задолго до появления всеобщей любимицы в залах университета прогульщики и лентяи занимали места поближе к лестнице, где должна была появиться Елизавета. Говорят, она, выбираясь из толпы с растерзанным букетом (вернее, тем, что от него осталось), весело смеялась и желала студенчеству отличных оценок. Затем студенты отправлялись в рестораны пить за Татьяну и славить свою дорогую Елизавету Федоровну.
Любимица Москвы, светская красавица, тонкий ценитель поэзии, знаток музыки и художница, она блистала в лучах всеобщего обожания. Горячо любимый муж, восторженные поклонники, мудрые наставники. Казалось, жизнь старается успеть дать ей все, чего вскоре Елизавета Федоровна
будет лишена…
Она счастлива и любима, почитаема и полна надежд. В это время княгиня Московская пишет автопортрет – мы впервые (по разрешению владельца) публикуем его. На нем Елизавета Федоровна  в изысканнейшем наряде и роскошных украшениях на фоне своих любимых орхидей. Автопортрет выполнен в стиле модерн и в чем-то подражает Альфонсу Мухе, чьи работы начинают завоевывать мировую славу… Кому и при каких обстоятельствах достался этот портрет в наследство, еще предстоит выяснить ученым. Возможно, она продала его на благотворительном аукционе. Возможно, подарила какому-то отличившемуся в делах милосердия врачу или художнику. А может быть, его сохранили ее мучители, те, что арестовали княгиню и сопровождали ее на Урал, к месту казни. Мы лишь рады тому, что сохранилась еще одна вещь, выполненная руками святой этой уникальной женщины…
Русская художественная богема обожает свою покровительницу и полностью доверяет тонкому художественному вкусу Елизаветы. Именно ей достается почетное право формировать отдел декоративно-прикладных искусств и народных ремесел для Всемирной выставки в Париже.
О ее нарядах, дорогих редких украшениях московский бомонд слагал легенды. Говорилось в том числе и о том, что любимице венценосной семьи досталась часть сокровищ византийских принцесс. Елизавета Федоровна умела выглядеть по-неземному красивой в своих неповторимых нарядах… Предводитель  дворянства Московской губернии князь Трубецкой знал, как любит княгиня цветы, – и зимой в цветочных магазинах специально для                 Ее Величества выращивали сирень…
Странно, но эта немецкая принцесса стала самой русской из всей августейшей семьи. Ангел милосердия – так говорили о ней москвичи. После светских раутов она спешила к нищим и проводила ночи у постели тех больных, которые не могли оплатить сиделку. Она сама ассистировала врачам при операциях и меняла гнойные повязки. Не боялась после изысканных дискурсов  пойти в толпу воров и бродяг Хитрова рынка и разыскивать брошенных детей, лечить умирающих и помогать беременным…
Ночная Москва, скрывавшая пороки города, молилась на свою сестру Елизавету.
Именно нищие и обездоленные прозвали Елизавету Княгиней Московской и безропотно выполняли все ее указания.
Елизавета первой построила на свои деньги приюты для малышей и детсады, ясли для самых маленьких и помогала найти работу молодым мамам. Это казалось невозможным: когда же она все  успевает?           Днем – приемы, вечером – балы, ночью – дежурства в больницах, утром – посещение своих подопечных… 
Помогает она и в создании Художественного театра: в ее доме проводятся благотворительные спектакли, а деньги передаются Станиславскому и Немировичу-Данченко.
Во время войны с Японией Елизавета Федоровна начинает акции в поддержку солдатских семей: проводит выставки-продажи картин художников, благотворительные аукционы. Особенно помогают княгине в ее начинаниях архитектор Щусев и художник Васнецов. 
В одночасье этот круговорот был прерван. 18 (4) февраля 1905 года ее любимого супруга, князя Сергея Александровича убил террорист Каляев, который бросил в августейшую чету бомбу. Она навестит убийцу в тюрьме. Тот бросится на колени со словами: «Если б я знал, что Вы были там, никогда бы не посмел угрожать Вашей жизни»… Он раскаивался – она, убитая горем, просила Николая Второго помиловать террориста.

ПРЕПОДОБНОМУЧЕНИЦА ЕЛИСАВЕТА
Будучи всегда на первых ролях, в душе княгиня стремилась к тихому миросозерцанию. Трагическая гибель любимого стала толчком для ухода блистательной княгини из света. Она продает все свое имущество, редчайшие драгоценности и коллекцию живописи ради того, чтобы «перенести свое существование в нищенскую среду», как сама потом скажет. Теперь она спрячет свои таланты и неземную красоту и полностью посвятит себя милосердию и молитвам Христу. Лишь позже, помогая храму Архангела Гавриила и Небесных Сил бесплотных во Пскове, она вспомнит свой талант художника и собственноручно выполнит для алтаря иконостас…
А пока ею выкуплена земля (четыре дома и огромный сад) и начинается создание знаменитой  Марфо-Мариинской обители, названной так в честь сестер Лазаря Марфы и Марии. Ведь принимала православие Елизавета в Лазареву субботу. Теперь, решив стать монахиней, она называет свою будущую обитель в память этих святых женщин. Расписывает Покровский храм замечательный живописец Михаил Васильевич Нестеров. Потом, уже при большевиках, его удивительной красоты фрески замажут краской служители Санпросвета, расположившиеся здесь в 1928 году… Лишь Провидением можно назвать то, что храм и обитель Советы не разрушили, а передали в ведение Комитета по делам искусства, и здесь расположились люди, ценившие красоту, – реставраторы и искусствоведы.
А тогда, в начале века, вместе с 16 сестрами милосердия начальница Марфо-Мариинской обители инокиня Елисавета не забывает о нищих и детях. Она открывает у себя бесплатную воскресную школу и больницу, где врачи лечат обездоленных бесплатно, а она им ассистирует.
Собирает средства и на православные храмы в святых для русского человека местах. Так,  в далеком городе Бари, где покоится святой Николай, выкупает землю и начинает строительство храма. Не было минуты, чтобы инокиня не занималась каким-то важным делом. Она  не скрылась от мира обездоленных за стенами обители. Нет, преодолевая личное горе, эта милосердная женщина с трепетом служила человечеству…
Ее убили. 18 июля 1918 года большевики сбросили инокиню Елисавету в Нижнюю Селимскую шахту вместе с членами царской семьи. Говорят, она была жива еще несколько дней, и из глубины земли доносилось ее пение и молитвы. Умирая от травм, эта удивительная женщина пыталась помочь искалеченным и умирающим Великим Князьям и своей подруге по келье Варваре. Она всячески пыталась облегчить страдания умирающих и делала им перевязки…
Ее тело достали офицеры Белой гвардии. Оно не было тронуто тленом. Останки инокини Елисаветы тайно переправили из Алапаевска в Святую Землю, где они и упокоились.
В этом году с юбилеем Москвы, которой она служила так страстно и самозабвенно, совпало несколько круглых дат из жизни Елизаветы. Так, в этом году мы отмечаем 95 лет со дня освящения храма Покрова Пресвятой Богородицы в Марфо-Мариинской обители. Мы отмечаем и столетие со дня покупки Елизаветой усадьбы в Замоскворечье для создания самой обители.
Она прославлена в лике святых зарубежной Русской Православной Церковью еще в 1981 году. В 1992 году Елисавета причислена Русской Православной Церковью к сонму новомучеников.  Был создан совет по возрождению Марфо-Мариинской обители: почетным председателем избран Патриарх Московский и Всея Руси Алексий Второй,  сопредседателями – глава РЖД Владимир Якунин и мэр Москвы Юрий Лужков…
Теперь дело москвичей – помочь в восстановлении обители великой землячки…