 |
 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Когда плачет Жириновский…
Татьяна Устинова – «первая среди лучших» – этот слоган украшает обложки всех 22 ее детективных романов. По мнению издателей, кассовый писатель. По версии ВЦИОМа за 2006 год, она входит в четверку самых любимых народом российских литераторов. «Я автор детективов, а не писатель, не какой-нибудь там Лев Толстой», – говорит она. «И очень хорошо!» – считают ее читатели Каждый ее детектив популярен, потому что в лучших традициях латиноамериканских сериалов воспевает христианские ценности. Убитым оказывается второстепенный персонаж, его не очень-то и жалко, а главные герои, расследуя убийство и при этом подвергаясь смертельной опасности, обязательно влюбляются, женятся и заводят детей. Фильмы и сериалы, снятые по ее книгам, прибавляют Татьяне Устиновой славы, потому что известные актеры с обаянием и артистизмом разыгрывают любимую народом коллизию. Как и написано в книжке, они влюбляются, женятся и заводят детей. К финалу порок наказан, добродетель торжествует. Даже беглого взгляда на творчество Татьяны Устиновой достаточно, чтобы сделать вывод: она не страдает мужененавистничеством, наоборот, сильный пол уважает и жалеет. Ценит и спасает по ходу сюжета нажитое богатство. У Татьяны сейчас добавилось работы: теперь она еще и ведущая радиопрограммы. При этом она, не ссылаясь на занятость, нашла время ответить на наши вопросы… – Почему именно женщины сейчас пишут детективы? – Наверное, это свобода пришла. Понимание того, что ты можешь это делать. Сейчас вообще много вещей, которые делают женщины, – фильмы снимают, книжки пишут. Я думаю, это все сойдет, непременно будет достигнуто равновесие. Не бывает так, чтобы в какой-то отдельно взятой точке литературного пространства целый жанр десятилетиями был охвачен только дамами. Но пока что я все время поражаю в самое сердце Жириновского одной простой мыслью. Владимир Вольфович, говорю я ему, вы не поверите, вы сейчас просто удавитесь – но женщина, как ни странно, тоже человек. Ну вот так получилось. Случайно. И он всегда плачет. – Вы – публичный человек. А с января на «Радио России» еще и ведете передачу «Живой детектив». В ней вы говорите о своем творчестве? – У этой программы совсем другая задача. Рассказывать о том, как я работаю над книгой, не считаю нужным. Для продвижения есть масса других каналов. Другое дело – когда я заканчиваю новый детектив. Я живу только этим, и, может быть, мне захочется тогда поделиться радостями или огорчениями, которые принесла последняя книга. – «Живой детектив» – это разбор реальных криминальных историй? – Детектив – это не только убийство. Мы все живем в состоянии детектива: это и решения начальства, и действия правительства, и простой поход в поликлинику. Одна из моих передач была посвящена скандалу в спорте. Мы обсуждали со слушателями намерение передать право трансляции футбольных матчей платному кабельному каналу. Вместе выясняли мотивы этого решения. Каждую субботу мы вещаем «с Ямы» – 5-й улицы Ямского Поля. Существует магия прямого эфира. Ты ощущаешь себя капитаном: как ты вырулишь, так передача и поплывет. Только от тебя зависит, заснет ли слушатель в конце или будет с драйвом спорить. – В ваших книгах персонажи часто проживают на Чистых прудах. – Я очень люблю это место, а сама всю жизнь живу в Кратово. Наша семья обосновалась в Подмосковье еще в 1946-м, когда бабушка, вернувшись в столицу из эвакуации, обнаружила, что ее квартира занята посторонними людьми. Тогда и пришлось купить участок в Кратово. Моей бабушке, которая происходила из зажиточной семьи, в приданое досталась глубокая суповая тарелка золотых украшений. В войну почти все это поменяли на продукты. Осталась одна длиннющая золотая цепочка шириной в мизинец. И когда в процессе покупки участка в последний момент хозяева потребовали еще денег, бабушка сняла цепь, оторвала от нее кусок «на память», а остальное отдала в уплату за землю. Кстати, тот кусок до сих пор хранится в семье. Дом начали строить в конце пятидесятых: сначала это был маленький сарайчик с печкой. Поскольку каждое поколение внесло свой вклад в строительство, сейчас дом имеет два входа, и сориентироваться в нем постороннему человеку не так просто. Жилище разрасталось, когда в семье рождались дети. Для меня и моей сестры родители пристроили часть дома. Когда родился первенец Миша, появился второй этаж, после рождения Тимофея мы поняли, что нам тесно – и пристроили еще кусок. – При этом собственного кабинета у вас как не было, так и нет? – Обычно я пристраиваюсь с ноутбуком где придется. Если я дома, то пишу целый день с утра до вечера. Отдыхаю мало. Часто принимаем гостей. Здесь у нас бывают в основном близкие друзья и подруги с детьми – всего человек 12. Позовешь их или нет, они все равно придут – и это замечательно. Шашлыки и посиделки у самовара устраиваем практически каждый выходной. Люблю поиграть в теннис с сестрой – для этого специально едем на корты в Жуковский. Когда отправляемся в отпуск, чехлы с ракетками тащим за собой, потому что арендованными играть не можем. Еще у наших соседей есть стол для пинг-понга, и мы этим пользуемся... Я, может, и рада соврать, выдав себя за знатного садовода, но не выйдет. Когда-то бабушка нас учила всему и сердилась, если мы не пололи укроп. Однажды посадили реликтовую сосну, которую мама специально везла из Крыма. По весне проезжали мимо рынка, купили рассаду анютиных глазок, а потом я собственноручно ее вкопала. Это я умею. При всей любви к родовому гнезду я иногда мечтаю о собственном доме, но лишь иногда. |
|
| © 2007–2008, Столичный Стиль |