По главной улице с липами

В Москве началась масштабная акция по озеленению: в начале ноября на Тверской улице появилась липовая аллея, на Садовом кольце высадили клены и липы, а на центральной аллее ВДНХ – голубые ели сорта «Глаука». Также будут высажены деревья на семи наиболее важных магистралях и въездах в город. Всего же озеленят десятки улиц столицы. Все сорта деревьев – в основном дубы, каштаны, ясени, березы, сосны, лиственницы, сирень и черемуха – приспособлены для нашего климата. «Особенно приятно наблюдать, как деревья возвращаются туда, где они уже были когда-то, но были утрачены», – подчеркнул мэр Москвы Сергей Собянин. Давайте вспомним, какими «зелеными» адресами была знаменита столица.



 



1 Виды на Тверскую

Самое, пожалуй, яркое событие – возвращение на Тверскую улицу традиционной для нее липы. Еще совсем недавно любители московской старины разглядывали старые открытки с видами главной московской улицы, щедро засаженной этими душистыми деревьями, и печально вздыхали: дескать, жаль, что этого уже не будет никогда. Но реальность оказалось более оптимистичной, нежели ожидания московских скептиков. Липы на Тверской уже радуют глаз, а чтобы наслаждаться этим зрелищем, совсем не обязательно уединяться в душной библиотеке.
Помимо лип на Тверской улице зазеленеют яблони. Но основную радость все-таки приносят липы, которые в период своего цветения заполнят воздух ароматами, сводящими с ума. Кстати, это не молодые саженцы, а уже вполне взрослые, 35-летние деревья, выращенные в специальном питомнике. Молодняк здесь просто не прижился бы. А хотелось сделать все по-настоящему, не в кадках, как это обычно бывает, а чтобы дерево росло из земли. Что, собственно, и получилось.
Кстати, неудивительно, что возвращение исторических зеленых насаждений началось именно с Тверской улицы, она во многом была первой. В частности, здесь археологи обнаружили первую в Москве мостовую. Рельсы первой конки тоже проложили именно по этому маршруту. Первое электрическое освещение возникло здесь же, по поводу чего москвичи даже сложили четверостишие:

Всю Тверскую осветили,
Электричество пустили,
А в других местах прохожий
Поплатиться может рожей.

Липы же на улице Тверской были высажены в 1948 году, вскоре после победы над фашистской Германией, когда вся страна была преисполнена гордостью за этот великий ратный подвиг.

2 Фруктовые сады

Еще одна московская магистраль, которая приобрела утраченную некогда растительность, – Садовое кольцо. На него возвращаются деревья разных видов – клены, рябина, вяз, багряник, та же липа. В скором времени Садовое кольцо ожидает то праздничное буйство красок и ароматов, которое здесь радовало москвичей в сравнительно недавнем прошлом.
Само название Садового кольца связано с темой озеленения. Оно возникло на месте древнего оборонительного сооружения – так называемого Земляного города, который был построен в 1592 году, после набега на Москву хана Казы-Гирея. Всего лишь за год оборудовали земляной вал с деревянной стеной и рвом по его внешней стороне. За что эта крепость, сооруженная, что называется, на скорую руку, была прозвана «скородомом».
Лишь после изгнания Наполеона, когда стала окончательно ясной бесполезность подобной фортификации на данном уровне развития военных технологий, порядком одряхлевшую стену разобрали, вал срыли, ров засыпали, а освободившееся пространство было велено использовать для того, чтобы окрестные домовладельцы обустраивали там фруктовые сады. Со временем они постепенно уступили место декоративным деревьям, а в 1935 году началась капитальная реконструкция Садового кольца. Его полностью заасфальтировали и обустроили на этом месте одну из основных транспортных магистралей. Однако деревья еще на протяжении долгого времени продолжали украшать Садовое кольцо, а теперь появилось пополнение.

3 Романтическое уединение

Еще один важный объект, предусмотренный в нынешней программе древонасаждений, – Выставка достижений народного хозяйства. Здесь на центральной аллее высадили 40 голубых елей сорта «Глаука». Голубые ели всегда почитались как самые торжественные деревья – недаром именно они традиционно украшают мемориальные комплексы, посвященные памяти погибших в ратном деле.
Между тем на территории выставки, как традиционно называют ВДНХ москвичи, существует еще один, не менее известный, «зеленый» объект Москвы. Это так называемый Мичуринский сад, который расположен за павильоном № 26. Он был заложен в 1936 году и сейчас активно используется как учеными-исследователями, так и простыми отдыхающими, которые шумному и бурному досугу центральной части ВДНХ предпочитают романтическое уединение в тишине под кронами деревьев.
Уже в 1954 году сад представлял собой более полутысячи всевозможных деревьев – как плодовых, так и ягодных. Всего 56 сортов – яблони, груши, вишня, черешня, слива, виноград. Селекцией руководил сам легендарный Иван Мичурин. В том же году в Мичуринском саду был уставлен памятник Ивану Владимировичу работы скульп-тора Владимира Артамонова.
Разумеется, здесь можно видеть не только деревья Средней полосы России, но и всякого рода экзотику: апельсины, мандарины, фейхоа, лимон, миндаль.
Сама же ВДНХ появилась как логическое продолжение Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки, проходившей в Москве в 1923 году. Всеми архитектурными работами руководил модный в то время архитектор Вячеслав Олтаржевский. Под его руководством трудились Каро Алабян, Владимир Щуко, Владимир Гельфрейх и многие другие признанные мастера. В качестве художников выступили Мартирос Сарьян, Борис Иогансон и Александр Дейнека. Активно использовались и скульптуры Сергея Коненкова. Словом, были призваны самые мощные по тому времени силы.
Задумка в результате удалась. Путеводитель по Москве писал в 1947 году: «Пологие ступени между четырехствольными колоннами вестибюля, шелест фонтанов в маленьких красивых бассейнах. За центральным залом – сад-оранжерея. С пышных ветвей цитрусовых растений свисают налитые соком лимоны, апельсины. На украшенных национальными орнаментами стендах показано все, чем богаты плодородные земли солнечной Грузии: горки отборных плодов, овощей, хлебных злаков, хлопок, чай, всевозможные экспонаты животноводства, пчеловодства, виноградарства, изделия из сельскохозяйственного сырья».
А перед выставочным комплексом красуется скульптурная группа работы Веры Мухиной «Рабочий и колхозница», которую не так давно отреставрировали и установили на высокий постамент. Тем самым скульптура была
максимально приближена к своему первоначальному градостроительному контексту, ведь ее создавали как украшение для советского павильона Международной выставки в Париже. Однако после возвращения из Франции статую поставили на низкий пьедестал, Вера Мухина очень расстроилась. Она называла новый постамент «пеньком».
Мухина рассказывала о работе над скульптурой: «Кто ни пройдет – остановится, посмотрит. До сих пор рабочие видели, что мы все умеем, как они: и пилить, и рубить, и гвозди вбивать. За это они нас уважали. Но тут мы переходили в разряд каких-то выдающихся людей, которые умеют то, что не умеют другие. Тут начиналось искусство.
Натурой нам служили все. Проходит пожарный.
– Постойте немного, нос посмотрю.
Проходит инженер.
– Повернитесь, наклоните голову».
Это была поистине народная скульптура.

4 Лучший сад

Одно из основных зеленых украшений города – Нескучный сад. Что, собственно, следует уже из названия. Сад этот был составлен в середине позапрошлого столетия путем слияния трех садов, до того относящихся к усадьбам Голицыных, Демидовых и Трубецких.
Драматург Михаил Загоскин так писал об этой достопримечательности: «Войдя главными воротами в широкую аллею, ровную и гладкую, как Тверской бульвар, вы никак не отгадаете, что вас окружают если не пропасти, то, по крайней мере, такие буераки, что я не советую никому ходить вечером по левой стороне аллеи между деревьями, которые растут на самых закраинах обрывистых и глубоких оврагов. Когда вы доходили до конца аллеи, вам открывался на правой стороне, окруженный цветниками, господский дом со всеми своими принадлежностями. Этот дом исчез также с лица земли, но он отжил свой век…
Теперь остановимся, обопремся на перила и поглядим, что у нас под ногами. Если и это нельзя назвать пропастью, так что это такое? Овраг? Нет, воля ваша, у меня язык не повернется назвать таким пошлым именем первую диковину Нескучного... Столетние деревья, растущие на дне его, кажутся вам деревцами, потому что вы видите только одни их вершины. Их корни омывает едва заметный проток, составляющий по ту сторону моста небольшой пруд».
Но и это не все: «За… мостом, которого теперь и следов не осталось, начинается другая часть сада. Прямая дорожка, проложенная между густыми куртинами березовых и липовых деревьев, приводила вас к одноэтажному домику, в котором некогда помещалась ресторация; в двух шагах от него на небольшом возвышении стояла беседка... Позади беседки небольшой мост соединял с садом что-то похожее на остров, который вместо воды окружен был со всех сторон обрывистыми оврагами. Теперь мы воротимся с вами назад и взглянем на великолепную липовую аллею, где вы можете и в самый полдень найти прохладную тень и укрыться от палящего солнца. Подле на пространном лугу возвышался некогда деревянный колизей под скромным названием воздушного театра. Не знаю, как теперь, а тогда было тут прекрасное эхо, которое повторяло с удивительною точностью дву-
сложные слова».
Особенно прельщала взгляд та часть Нескучного, которая осталась от Прокофия Демидова. Дело в том, что Прокофий Акинфиевич был увлеченный ботаник. Академик Петер Паллас утверждал, что демидовский сад «не только не имеет себе подобного в России, но и со многими в других государствах, славными ботаническими садами, сравнен быть может как редкостью, так и множеством содержавшихся в нем растений... Особливо удивление достойно по числу и по редкости собрание иностранных деревьев, ежегодно умножаемое».
А композитор Александр Бородин писал: «Мне Нескучное ужасно полюбилось: там есть три сада самые разнохарактерные: дворцовый, кокетливый и комфортабельный цветник... роскошный парк, раскинутый на гористой местности, роща – совсем рустическая, где не видно ни следа культуры... Вследствие этого Нескучное никак не надоедает».
Путеводитель 1896 года сообщал: «В саду, великолепно разбитом, на громадном пространстве, в английском вкусе по склону горы и многочисленным оврагам, обращают на себя внимание: цветник перед дворцом, разбитый по рисунку придворного инспектора садов К.И. Миллера, на террасах, образуемых горой; оранжереи с великолепными тропическими растениями; медальон, устроенный чрез искусственную вырезку ветвей в громадных липах, и вид на Москву с многих мест сада. Павильоны, пруды, мостики, беседки – все сделано умелою рукой и достойно осмотра. Это лучший сад в Москве».

5 Подмосковный Версаль

Пример двора священ вельможам-богачам;
Во всех родилась страсть, изящная к садам:
В Архангельском сады, чертоги и аллеи,
Как бы творение могущей некой Феи
За диво бы почли и в Англии самой.

Так писал историк и поэт Александр Воейков. Действительно, сады, аллеи и прочие зеленые украшения этой усадьбы были известны на всю Россию.
Князь Николай Юсупов, купивший Архангельское в 1810 году, приложил для того все усилия. Он говорил: «Как Архангельское не есть доходная деревня, а расходная, и для веселия, а не для прибыли, то стараться то заводить, что редко, и чтобы все было лучше, нежели у других».
Архангельское получило негласное прозвище «подмосковный Версаль». А особо почетным гостям хлебосольный хозяин предоставлял в распоряжение линейные экипажи – обозреть пешком всю эту роскошь не было никакой возможности.
Сам Александр Герцен восхищался: «Я до сих пор люблю Архангельское. Посмотрите, как мил этот маленький клочок земли от Москвы-реки до дороги. Здесь человек встретился с природой под другими условиями, нежели обыкновенно. От нее он потребовал одного удовольствия, одной красоты и забыл пользу; он потребовал от нее одной перемены декорации для того, чтобы отпечатать дух свой, придать естественной красоте красоту художественную, очеловечить ее на ее пространных страницах: словом, из леса сделать парк, из рощицы – сад. Еще больше – гордый аристократ собрал тут растения со всех частей света и заставил их утешать себя на севере; собрал изящнейшие произведения живописи и ваяния и поставил их рядом с природою как вопрос: кто из них лучше? Но здесь уже самая природа не соперничает с ними, изменилась, расчистилась в арену для духа человеческого».
К счастью, эта роскошь дошла до наших дней.

Источник: "Московская перспектива"